Array ( [PREVIEW_PICTURE] => Array ( [ID] => 70587 [TIMESTAMP_X] => 01.06.2025 13:20:05 [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 733 [WIDTH] => 1100 [FILE_SIZE] => 68340 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/794 [FILE_NAME] => 7948078f93fb560716c68db520057d02.jpg [ORIGINAL_NAME] => feature-theo-main-Crystal-meth-is-worryingly-prevalent-on-the-island.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => 726e6e2721b01444a5d850724d15d2f8 [~src] => [SRC] => /upload/iblock/794/7948078f93fb560716c68db520057d02.jpg [ALT] => Жизни, разрушенные зависимостью [TITLE] => Жизни, разрушенные зависимостью ) [~PREVIEW_PICTURE] => 70587 [ID] => 35820 [~ID] => 35820 [NAME] => Жизни, разрушенные зависимостью [~NAME] => Жизни, разрушенные зависимостью [IBLOCK_ID] => 2 [~IBLOCK_ID] => 2 [IBLOCK_SECTION_ID] => 2 [~IBLOCK_SECTION_ID] => 2 [DETAIL_TEXT] => Почему так много программ по борьбе с наркозависимостью? И работают ли они?

Кошмар каждого родителя — и не только родителей. Ваш ребёнок (или супруг, или друг, или любимый человек) — наркоман. Он находится в плену чего-то и не может избавиться от этого, его личность рушится на ваших глазах. Что делать?

Худший сценарий — когда зависимый не признаёт, что у него проблема. «Очень важно развить то, что мы называем внутренней мотивацией», — сказал Константинос Стилиану, исполнительный директор Национального управления по борьбе с наркозависимостью (NAAC) Кипра, изданию Cyprus Mail.

Принудительное лечение, обычно в результате вмешательства семьи, редко помогает. Единственное исключение — закон, который позволяет молодым правонарушителям (23 года и младше), арестованным за хранение наркотиков, пройти курс лечения вместо тюремного заключения — предположительно потому, что в этом случае у зависимого нет другого выбора, кроме как взяться за ум.

Что делать, если ваш близкий отказывается помочь себе сам? Первый шаг — позвонить по номеру 1402, горячей линии NAAC, где любая заинтересованная сторона может получить совет — не только для человека, попавшего в беду, но и для себя, о том, как справиться со стрессом, пытаясь удержать кого-то от саморазрушительного пути.

По этому номеру также звонят, когда зависимый решает обратиться за помощью — и в этом случае он может быть удивлён обилием доступных ему вариантов лечения.

В официальном буклете перечислены около 30 программ детоксикации, реабилитации и «замещающих веществ» по всему острову, не считая ещё десятка, посвящённых профилактике — и даже это не учитывает такие программы, как «Спорт для всех», которые не имеют явной связи с зависимостью, но явно направлены на то, чтобы направить энергию молодых людей в более полезное русло.

Почему так много программ? И работают ли они?

Одна из очевидных причин заключается в том, что в каждом районе есть свои методы лечения, чтобы обеспечить их лёгкую доступность. Ещё одно отличие состоит в том, что некоторые — например, Reto Cyprus и Ayia Skepi в Никосии или Anosis в Лимасоле — являются стационарными структурами, тогда как другие (на самом деле большинство) позволяют зависимому продолжать жить нормальной жизнью вне центра, при условии, что он посещает его несколько раз в неделю.

Некоторые программы ориентированы на подростков, другие — на взрослых. Некоторые занимаются легальной зависимостью, другие — незаконными веществами.

Так, например, Themea в Никосии в основном занимается лечением зависимости от алкоголя и рецептурных препаратов. Центр «Фарос» в Пафосе «занимается профилактикой и лечением проблемных и патологических азартных игр», особенно онлайн-игр.

Другие, такие как Sosivio в Лимасоле и Diavasi в Ларнаке, специально предназначены для потребителей героина или других опиоидов — в том числе и кристаллического метамфетамина, который вызывает тревогу на острове.

Reto Cyprus является частью сети (первоначально из Испании), которая сейчас работает в 35 странах.

«На самом деле на Кипре ситуация очень низкая по сравнению с остальной Европой», — говорит Стилиану, отвечая на вопрос о масштабах проблемы. Метамфетамин, однако, необычен тем, что он не очень распространён в большинстве стран ЕС, но занимает третье место в списке запрещённых наркотиков здесь — значительно уступая каннабису и незначительно — похожему (но более дорогому) кокаину.

Тем не менее достоверную статистику получить сложно. Данные NAAC дают количество процедур: 1465 в 2023 году, самое высокое за всю историю — хотя, конечно, это лишь малая часть всех наркоманов.

Никто точно не знает, сколько у нас наркоманов — но по алкоголю, являющемуся легальным наркотиком, данных больше. «5,7% населения «зависимы от алкоголя», — сказала Елена Заруна, директор НПО Kenthea, изданию Cyprus Mail.

Это около 60 000 человек — что, если умножить на два или три, чтобы включить ближайших родственников, составляет более 150 000 человек, чьи жизни испорчены зависимостью. И это только по алкоголю.

1465 процедур, зарегистрированных в 2023 году, представляют собой интересный материал для чтения. 556 были связаны с употреблением каннабиса, 305 — с кокаином, 288 — с опиоидами. Одна поразительная деталь: подавляющее большинство (88,5%) прошедших лечение — мужчины.

Средний возраст «первого употребления основного наркотика» (многие употребляют более одного наркотика) составляет 20,72 года, но средний возраст «первого обращения за лечением» — 26,9 года, то есть в среднем проходит около шести лет, прежде чем употребление наркотиков из рекреационного превращается в настолько большую проблему, что потребитель решает обратиться за помощью.

Однако основным стимулом для обращения за помощью является вера наркомана в то, что ему могут помочь. Насколько эффективны все эти программы?

Обратите внимание, что система на Кипре очень централизована. Действительно, существуют десятки программ — «но все они сертифицированы и/или финансируются нами», — говорит Стилиану. «Ничто не работает на Кипре без разрешения Управления».

Это затрудняет поиск нестандартных экспериментальных методов лечения, направленных на «проблемных» пациентов, которые, возможно, были брошены системой.

«Руководство по лечению выпущено Управлением», — объясняет Заруна, — «которое содержит определённые критерии… Чтобы программа получила лицензию на осуществление деятельности, она должна соответствовать критериям качества, которые научно доказаны».

Лечение в отделениях под эгидой Kenthea основано на «мотивационном интервьюировании» (подход к консультированию, разработанный клиническими психологами Роллником и Миллером), а также на других поведенческих методиках и психологических теориях. Большинство программ на Кипре используют аналогичный подход.

Это научно, но это также парадокс. Эксперты по борьбе с зависимостью изо всех сил стараются подчеркнуть, что «каждый случай индивидуален» — однако ко всем подходят с одинаковыми инструментами. Что происходит с теми, кто не реагирует на этот метод?

Основным исключением здесь является Reto Cyprus — часть сети (первоначально из Испании), которая сейчас работает в 35 странах, что, возможно, объясняет, почему её несколько необычным методам было дано добро NAAC.

«Наша основа — Библия, Слово Божье», — объясняет 47-летний Гиоргос Христопулос, героиновый наркоман в течение 12 лет (с 15 до 27 лет), прежде чем его спасла программа Reto.

Это стационарная программа, требующая от участников проживания в общине от восьми до 18 месяцев. Консультанты (как Христопулос) — все бывшие наркоманы, при этом упор делается на работу — общественный центр представляет собой магазин подержанных вещей в Энгкоми, где все занимаются транспортировкой, ремонтом или продажей вещей — и ночные молитвы.

Дело не в религии; дело в том, чтобы наполнить разбитые жизни смыслом (в том числе высшим смыслом). В конце концов, что стоит за ростом злоупотребления психоактивными веществами? Заруна упоминает некоторых из обычных подозреваемых — бедность, неблагополучные семьи, музыку (например, трэп-музыку), пропагандирующую употребление наркотиков, роль интернета — но также ссылается на разочарование людей в энтропии и коррупции современного общества.

«Зависимость, — говорит Стилиану, — это всегда симптом» — и симптомом чего более широко является ощущение отсутствия руля и цели, особенно среди молодёжи.

Зависимость — это сложная проблема. Это социальная проблема. Это также долгосрочная проблема. Она определяется как «хроническое рецидивирующее расстройство», — отмечает Заруна, которая не хочет (как и все эксперты, с которыми мы говорили) называть число успешных результатов этих программ.

Более чем половине, возможно, 70 процентам участников будет оказана помощь, считает она — но всё зависит от того, как вы определяете успех. Некоторые могут бросить совсем. Другие могут уменьшить свою зависимость или найти способы лучше с ней справляться. И многие позже снова впадут в зависимость, это само собой разумеется.

«Наркомания — это не болезнь, при которой вы принимаете лекарство, и она проходит», — говорит Стилиану. «Это постоянное состояние.

«Например, я бывший курильщик. Моя зависимость — мои зависимые отношения с табаком — остаётся, хотя я не курил 15 лет». Вы спасаетесь, но хватка никогда не ослабевает. [~DETAIL_TEXT] => Почему так много программ по борьбе с наркозависимостью? И работают ли они?

Кошмар каждого родителя — и не только родителей. Ваш ребёнок (или супруг, или друг, или любимый человек) — наркоман. Он находится в плену чего-то и не может избавиться от этого, его личность рушится на ваших глазах. Что делать?

Худший сценарий — когда зависимый не признаёт, что у него проблема. «Очень важно развить то, что мы называем внутренней мотивацией», — сказал Константинос Стилиану, исполнительный директор Национального управления по борьбе с наркозависимостью (NAAC) Кипра, изданию Cyprus Mail.

Принудительное лечение, обычно в результате вмешательства семьи, редко помогает. Единственное исключение — закон, который позволяет молодым правонарушителям (23 года и младше), арестованным за хранение наркотиков, пройти курс лечения вместо тюремного заключения — предположительно потому, что в этом случае у зависимого нет другого выбора, кроме как взяться за ум.

Что делать, если ваш близкий отказывается помочь себе сам? Первый шаг — позвонить по номеру 1402, горячей линии NAAC, где любая заинтересованная сторона может получить совет — не только для человека, попавшего в беду, но и для себя, о том, как справиться со стрессом, пытаясь удержать кого-то от саморазрушительного пути.

По этому номеру также звонят, когда зависимый решает обратиться за помощью — и в этом случае он может быть удивлён обилием доступных ему вариантов лечения.

В официальном буклете перечислены около 30 программ детоксикации, реабилитации и «замещающих веществ» по всему острову, не считая ещё десятка, посвящённых профилактике — и даже это не учитывает такие программы, как «Спорт для всех», которые не имеют явной связи с зависимостью, но явно направлены на то, чтобы направить энергию молодых людей в более полезное русло.

Почему так много программ? И работают ли они?

Одна из очевидных причин заключается в том, что в каждом районе есть свои методы лечения, чтобы обеспечить их лёгкую доступность. Ещё одно отличие состоит в том, что некоторые — например, Reto Cyprus и Ayia Skepi в Никосии или Anosis в Лимасоле — являются стационарными структурами, тогда как другие (на самом деле большинство) позволяют зависимому продолжать жить нормальной жизнью вне центра, при условии, что он посещает его несколько раз в неделю.

Некоторые программы ориентированы на подростков, другие — на взрослых. Некоторые занимаются легальной зависимостью, другие — незаконными веществами.

Так, например, Themea в Никосии в основном занимается лечением зависимости от алкоголя и рецептурных препаратов. Центр «Фарос» в Пафосе «занимается профилактикой и лечением проблемных и патологических азартных игр», особенно онлайн-игр.

Другие, такие как Sosivio в Лимасоле и Diavasi в Ларнаке, специально предназначены для потребителей героина или других опиоидов — в том числе и кристаллического метамфетамина, который вызывает тревогу на острове.

Reto Cyprus является частью сети (первоначально из Испании), которая сейчас работает в 35 странах.

«На самом деле на Кипре ситуация очень низкая по сравнению с остальной Европой», — говорит Стилиану, отвечая на вопрос о масштабах проблемы. Метамфетамин, однако, необычен тем, что он не очень распространён в большинстве стран ЕС, но занимает третье место в списке запрещённых наркотиков здесь — значительно уступая каннабису и незначительно — похожему (но более дорогому) кокаину.

Тем не менее достоверную статистику получить сложно. Данные NAAC дают количество процедур: 1465 в 2023 году, самое высокое за всю историю — хотя, конечно, это лишь малая часть всех наркоманов.

Никто точно не знает, сколько у нас наркоманов — но по алкоголю, являющемуся легальным наркотиком, данных больше. «5,7% населения «зависимы от алкоголя», — сказала Елена Заруна, директор НПО Kenthea, изданию Cyprus Mail.

Это около 60 000 человек — что, если умножить на два или три, чтобы включить ближайших родственников, составляет более 150 000 человек, чьи жизни испорчены зависимостью. И это только по алкоголю.

1465 процедур, зарегистрированных в 2023 году, представляют собой интересный материал для чтения. 556 были связаны с употреблением каннабиса, 305 — с кокаином, 288 — с опиоидами. Одна поразительная деталь: подавляющее большинство (88,5%) прошедших лечение — мужчины.

Средний возраст «первого употребления основного наркотика» (многие употребляют более одного наркотика) составляет 20,72 года, но средний возраст «первого обращения за лечением» — 26,9 года, то есть в среднем проходит около шести лет, прежде чем употребление наркотиков из рекреационного превращается в настолько большую проблему, что потребитель решает обратиться за помощью.

Однако основным стимулом для обращения за помощью является вера наркомана в то, что ему могут помочь. Насколько эффективны все эти программы?

Обратите внимание, что система на Кипре очень централизована. Действительно, существуют десятки программ — «но все они сертифицированы и/или финансируются нами», — говорит Стилиану. «Ничто не работает на Кипре без разрешения Управления».

Это затрудняет поиск нестандартных экспериментальных методов лечения, направленных на «проблемных» пациентов, которые, возможно, были брошены системой.

«Руководство по лечению выпущено Управлением», — объясняет Заруна, — «которое содержит определённые критерии… Чтобы программа получила лицензию на осуществление деятельности, она должна соответствовать критериям качества, которые научно доказаны».

Лечение в отделениях под эгидой Kenthea основано на «мотивационном интервьюировании» (подход к консультированию, разработанный клиническими психологами Роллником и Миллером), а также на других поведенческих методиках и психологических теориях. Большинство программ на Кипре используют аналогичный подход.

Это научно, но это также парадокс. Эксперты по борьбе с зависимостью изо всех сил стараются подчеркнуть, что «каждый случай индивидуален» — однако ко всем подходят с одинаковыми инструментами. Что происходит с теми, кто не реагирует на этот метод?

Основным исключением здесь является Reto Cyprus — часть сети (первоначально из Испании), которая сейчас работает в 35 странах, что, возможно, объясняет, почему её несколько необычным методам было дано добро NAAC.

«Наша основа — Библия, Слово Божье», — объясняет 47-летний Гиоргос Христопулос, героиновый наркоман в течение 12 лет (с 15 до 27 лет), прежде чем его спасла программа Reto.

Это стационарная программа, требующая от участников проживания в общине от восьми до 18 месяцев. Консультанты (как Христопулос) — все бывшие наркоманы, при этом упор делается на работу — общественный центр представляет собой магазин подержанных вещей в Энгкоми, где все занимаются транспортировкой, ремонтом или продажей вещей — и ночные молитвы.

Дело не в религии; дело в том, чтобы наполнить разбитые жизни смыслом (в том числе высшим смыслом). В конце концов, что стоит за ростом злоупотребления психоактивными веществами? Заруна упоминает некоторых из обычных подозреваемых — бедность, неблагополучные семьи, музыку (например, трэп-музыку), пропагандирующую употребление наркотиков, роль интернета — но также ссылается на разочарование людей в энтропии и коррупции современного общества.

«Зависимость, — говорит Стилиану, — это всегда симптом» — и симптомом чего более широко является ощущение отсутствия руля и цели, особенно среди молодёжи.

Зависимость — это сложная проблема. Это социальная проблема. Это также долгосрочная проблема. Она определяется как «хроническое рецидивирующее расстройство», — отмечает Заруна, которая не хочет (как и все эксперты, с которыми мы говорили) называть число успешных результатов этих программ.

Более чем половине, возможно, 70 процентам участников будет оказана помощь, считает она — но всё зависит от того, как вы определяете успех. Некоторые могут бросить совсем. Другие могут уменьшить свою зависимость или найти способы лучше с ней справляться. И многие позже снова впадут в зависимость, это само собой разумеется.

«Наркомания — это не болезнь, при которой вы принимаете лекарство, и она проходит», — говорит Стилиану. «Это постоянное состояние.

«Например, я бывший курильщик. Моя зависимость — мои зависимые отношения с табаком — остаётся, хотя я не курил 15 лет». Вы спасаетесь, но хватка никогда не ослабевает. [DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] => Почему так много программ по борьбе с наркозависимостью? И работают ли они?

Кошмар... [~PREVIEW_TEXT] => Почему так много программ по борьбе с наркозависимостью? И работают ли они?

Кошмар... [PREVIEW_TEXT_TYPE] => html [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => html [DETAIL_PICTURE] => Array ( [SRC] => /upload/resize_cache/iblock/794/600_400_1/7948078f93fb560716c68db520057d02.jpg [WIDTH] => 600 [HEIGHT] => 399 ) [~DETAIL_PICTURE] => 70588 [ACTIVE_FROM] => 01.06.2025 13:20:00 [~ACTIVE_FROM] => 01.06.2025 13:20:00 [LIST_PAGE_URL] => /news/ [~LIST_PAGE_URL] => /news/ [DETAIL_PAGE_URL] => /news/society/the-lives-blighted-by-addiction/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /news/society/the-lives-blighted-by-addiction/ [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [CODE] => the-lives-blighted-by-addiction [~CODE] => the-lives-blighted-by-addiction [EXTERNAL_ID] => 35820 [~EXTERNAL_ID] => 35820 [IBLOCK_TYPE_ID] => news [~IBLOCK_TYPE_ID] => news [IBLOCK_CODE] => infoportal_news_s1 [~IBLOCK_CODE] => infoportal_news_s1 [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => infoportal_news_s1 [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => infoportal_news_s1 [LID] => s1 [~LID] => s1 [NAV_RESULT] => [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 1 Июня 2025 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) [FIELDS] => Array ( [PREVIEW_PICTURE] => Array ( [ID] => 70587 [TIMESTAMP_X] => 01.06.2025 13:20:05 [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 733 [WIDTH] => 1100 [FILE_SIZE] => 68340 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/794 [FILE_NAME] => 7948078f93fb560716c68db520057d02.jpg [ORIGINAL_NAME] => feature-theo-main-Crystal-meth-is-worryingly-prevalent-on-the-island.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => 726e6e2721b01444a5d850724d15d2f8 [~src] => [SRC] => /upload/iblock/794/7948078f93fb560716c68db520057d02.jpg [ALT] => Жизни, разрушенные зависимостью [TITLE] => Жизни, разрушенные зависимостью ) ) [PROPERTIES] => Array ( [ORIGINAL_URL] => Array ( [ID] => 51 [TIMESTAMP_X] => 2017-10-03 13:37:23 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Ссылка на сайте-источнике [ACTIVE] => Y [SORT] => 10 [CODE] => ORIGINAL_URL [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 96990 [VALUE] => /2025/06/01/the-lives-blighted-by-addiction [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => /2025/06/01/the-lives-blighted-by-addiction [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Ссылка на сайте-источнике [~DEFAULT_VALUE] => ) [THEME_EN] => Array ( [ID] => 280 [TIMESTAMP_X] => 2025-01-08 18:01:42 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Тема (en) [ACTIVE] => Y [SORT] => 20 [CODE] => THEME_EN [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => Y [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 96992 [VALUE] => The lives blighted by addiction [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => The lives blighted by addiction [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Тема (en) [~DEFAULT_VALUE] => ) [TEXT_EN] => Array ( [ID] => 281 [TIMESTAMP_X] => 2025-01-08 18:01:42 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Текст новости (en) [ACTIVE] => Y [SORT] => 40 [CODE] => TEXT_EN [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => Y [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => Y [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => HTML [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [height] => 200 ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 96993 [VALUE] => Array ( [TEXT] => Why are there so many programmes for drug addiction? And do they even work? It’s every parent’s nightmare – and not just parents, either. Your child (or spouse, or friend, or loved one) is an addict. They’re in the grip of something and unable to shake it, their personality falling apart before your very eyes. What do you do? The worst-case scenario is when the addict doesn’t recognise they have a problem. “It’s very important to have developed what we call internal motivation,” Konstantinos Stylianou, executive director of the Cyprus National Addictions Authority (NAAC), told the Cyprus Mail. Forced treatment, usually as a result of a family intervention, rarely works. The one exception is the law that allows young offenders (23 and under) arrested for drug possession to be offered treatment as an alternative to prison – presumably because the addict has no choice but to buckle down, in that case. What do you do when your loved one refuses to help themselves? The first step is to call 1402, the NAAC helpline, where any interested party can seek advice – not just for the person in trouble but also themselves, on how to handle the stress of trying to steer someone off a self-destructive path. That’s also the number to call when an addict does decide to seek help – in which case they may be surprised by the profusion of treatment options available to them. An official booklet lists about 30 detox, rehabilitation and ‘substitute substances’ programmes island-wide, not counting another dozen or so focusing on prevention – and even that doesn’t count programmes like ‘Sport for All’, which have no explicit link to addiction but are clearly intended to channel young people’s energy in more wholesome ways. Why so many programmes? And do they even work? One obvious reason is that each district has its own treatments, to ensure they’re easily accessible. Another difference is that some – like Reto Cyprus and Ayia Skepi in Nicosia, or Anosis in Limassol – are in-patient structures, whereas others (actually most) allow the addict to continue living normally, outside the centre, as long as they attend a number of times per week. Some programmes are aimed at adolescents, others at adults. Some deal in legal addictions, others in illegal substances. Thus, for instance, Themea in Nicosia is largely for addiction to alcohol and prescription drugs. Pharos Centre in Paphos is “for the prevention and treatment of problematic and pathological gambling”, especially online gambling. Others, like Sosivio in Limassol and Diavasi in Larnaca, are specifically for users of heroin or other opioids – the latter including crystal meth, which is worryingly prevalent on the island. Reto Cyprus is part of a network (originally from Spain) that now operates in 35 countries “Cyprus is actually very low, compared to the rest of Europe,” says Stylianou, asked about the scale of the problem. Meth, however, is unusual, in that it’s not very common in most of the EU but comes third on the list of illegal drugs here – well below cannabis and marginally below the similar (but more expensive) cocaine. That said, reliable statistics are hard to come by. The NAAC data gives the number of treatments: 1,465 in 2023, the highest ever – though of course representing just a small fraction of all addicts. No-one really knows how many drug addicts we have – but alcohol, being a legal drug, comes with more data. 5.7 per cent of the population are “addicted to alcohol,” Elena Zarouna, director of the NGO Kenthea, told the Cyprus Mail. That’s around 60,000 – which, if you multiply by a factor of two or three to include immediate family, makes over 150,000 people whose lives are blighted by addiction. And that’s just alcohol. The 1,465 treatments recorded in 2023 make for interesting reading. 556 were for cannabis use, 305 for cocaine, 288 for opioids. One striking detail is that the vast majority (88.5 per cent) of those treated were male. The mean age for ‘first use of primary drug’ (many take more than one drug) is 20.72 years – but the mean age for ‘first demand for treatment’ is 26.9 years, meaning that it takes about six years, on average, for drug use to go from recreational to such a big problem that the user decides to seek help. Again, though, a major impetus in seeking help is whether an addict believes they can be helped. How effective are all these programmes? Note, after all, that the system in Cyprus is very centralised. There are indeed dozens of programmes – “but all are certified and/or funded by us,” says Stylianou. “Nothing operates in Cyprus without the permission of the Authority”. That makes it harder to find outside-the-box, experimental treatments, the kind aimed at ‘problem’ patients who may have been failed by the system. “There’s a treatment guide issued by the Authority,” explains Zarouna, “which contains certain criteria… For a programme to obtain an operating licence, it must follow the quality criteria, which are scientifically proven.” The treatments at the units under the Kenthea umbrella are based on “motivational interviewing” (a counselling approach developed by clinical psychologists Rollnick and Miller), as well as other behavioural techniques and psychological theories. Most of the programmes in Cyprus use a similar approach. It’s scientific, yet also a paradox. Addiction experts are at pains to stress that “every case is different” – yet they all get approached with the same tools. What happens to those who don’t respond to this method? The main exception here is Reto Cyprus – part of a network (originally from Spain) that now operates in 35 countries, which perhaps explains why its slightly unusual methods were given the go-ahead by the NAAC. “Our basis is the Bible, the Word of God,” explains 47-year-old Giorgos Christopoulos, a heroin addict for 12 years (from 15 to 27) before being rescued by Reto. It’s an in-patient programme, requiring participants to live in the community for between eight and 18 months. The counsellors (like Christopoulos) are all ex-addicts, while the emphasis is on work – the communal hub is a secondhand shop in Engomi where everyone works at transporting, fixing or selling things – and nightly prayer. The point isn’t really religion; it’s imbuing broken lives with purpose (including a higher purpose). After all, what’s behind the rise in substance abuse? Zarouna mentions some of the usual suspects – poverty, broken families, music (like trap music) that promotes drug use, the role of the internet – but also cites people’s disillusionment at the entropy and corruption in today’s society. “Addiction,” says Stylianou, “is always a symptom” – and what it’s symptomatic of, more broadly, is a sense of being rudderless and lacking purpose, especially among the young. Addiction is a complex problem. It’s a social problem. It’s also a long-term problem. It’s defined as “a chronic relapsing disorder,” notes Zarouna, who’s reluctant (like all the experts we talked to) to put a number on the success of these programmes. More than half, maybe 70 per cent of participants will be helped, she believes – but it all depends on how you define success. Some may quit altogether. Others may reduce their dependence, or find techniques to deal with it better. And many will later relapse, that goes without saying. “Drug addiction isn’t like an illness, where you take some medicine and it goes away,” says Stylianou. “It’s a permanent condition. “For example, I’m an ex-smoker. My addiction – my dependent relationship with tobacco – remains, even though I haven’t smoked in 15 years.” You escape, yet the grip never slackens. [TYPE] => HTML ) [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => Array ( [TEXT] => Why are there so many programmes for drug addiction? And do they even work? It’s every parent’s nightmare – and not just parents, either. Your child (or spouse, or friend, or loved one) is an addict. They’re in the grip of something and unable to shake it, their personality falling apart before your very eyes. What do you do? The worst-case scenario is when the addict doesn’t recognise they have a problem. “It’s very important to have developed what we call internal motivation,” Konstantinos Stylianou, executive director of the Cyprus National Addictions Authority (NAAC), told the Cyprus Mail. Forced treatment, usually as a result of a family intervention, rarely works. The one exception is the law that allows young offenders (23 and under) arrested for drug possession to be offered treatment as an alternative to prison – presumably because the addict has no choice but to buckle down, in that case. What do you do when your loved one refuses to help themselves? The first step is to call 1402, the NAAC helpline, where any interested party can seek advice – not just for the person in trouble but also themselves, on how to handle the stress of trying to steer someone off a self-destructive path. That’s also the number to call when an addict does decide to seek help – in which case they may be surprised by the profusion of treatment options available to them. An official booklet lists about 30 detox, rehabilitation and ‘substitute substances’ programmes island-wide, not counting another dozen or so focusing on prevention – and even that doesn’t count programmes like ‘Sport for All’, which have no explicit link to addiction but are clearly intended to channel young people’s energy in more wholesome ways. Why so many programmes? And do they even work? One obvious reason is that each district has its own treatments, to ensure they’re easily accessible. Another difference is that some – like Reto Cyprus and Ayia Skepi in Nicosia, or Anosis in Limassol – are in-patient structures, whereas others (actually most) allow the addict to continue living normally, outside the centre, as long as they attend a number of times per week. Some programmes are aimed at adolescents, others at adults. Some deal in legal addictions, others in illegal substances. Thus, for instance, Themea in Nicosia is largely for addiction to alcohol and prescription drugs. Pharos Centre in Paphos is “for the prevention and treatment of problematic and pathological gambling”, especially online gambling. Others, like Sosivio in Limassol and Diavasi in Larnaca, are specifically for users of heroin or other opioids – the latter including crystal meth, which is worryingly prevalent on the island. Reto Cyprus is part of a network (originally from Spain) that now operates in 35 countries “Cyprus is actually very low, compared to the rest of Europe,” says Stylianou, asked about the scale of the problem. Meth, however, is unusual, in that it’s not very common in most of the EU but comes third on the list of illegal drugs here – well below cannabis and marginally below the similar (but more expensive) cocaine. That said, reliable statistics are hard to come by. The NAAC data gives the number of treatments: 1,465 in 2023, the highest ever – though of course representing just a small fraction of all addicts. No-one really knows how many drug addicts we have – but alcohol, being a legal drug, comes with more data. 5.7 per cent of the population are “addicted to alcohol,” Elena Zarouna, director of the NGO Kenthea, told the Cyprus Mail. That’s around 60,000 – which, if you multiply by a factor of two or three to include immediate family, makes over 150,000 people whose lives are blighted by addiction. And that’s just alcohol. The 1,465 treatments recorded in 2023 make for interesting reading. 556 were for cannabis use, 305 for cocaine, 288 for opioids. One striking detail is that the vast majority (88.5 per cent) of those treated were male. The mean age for ‘first use of primary drug’ (many take more than one drug) is 20.72 years – but the mean age for ‘first demand for treatment’ is 26.9 years, meaning that it takes about six years, on average, for drug use to go from recreational to such a big problem that the user decides to seek help. Again, though, a major impetus in seeking help is whether an addict believes they can be helped. How effective are all these programmes? Note, after all, that the system in Cyprus is very centralised. There are indeed dozens of programmes – “but all are certified and/or funded by us,” says Stylianou. “Nothing operates in Cyprus without the permission of the Authority”. That makes it harder to find outside-the-box, experimental treatments, the kind aimed at ‘problem’ patients who may have been failed by the system. “There’s a treatment guide issued by the Authority,” explains Zarouna, “which contains certain criteria… For a programme to obtain an operating licence, it must follow the quality criteria, which are scientifically proven.” The treatments at the units under the Kenthea umbrella are based on “motivational interviewing” (a counselling approach developed by clinical psychologists Rollnick and Miller), as well as other behavioural techniques and psychological theories. Most of the programmes in Cyprus use a similar approach. It’s scientific, yet also a paradox. Addiction experts are at pains to stress that “every case is different” – yet they all get approached with the same tools. What happens to those who don’t respond to this method? The main exception here is Reto Cyprus – part of a network (originally from Spain) that now operates in 35 countries, which perhaps explains why its slightly unusual methods were given the go-ahead by the NAAC. “Our basis is the Bible, the Word of God,” explains 47-year-old Giorgos Christopoulos, a heroin addict for 12 years (from 15 to 27) before being rescued by Reto. It’s an in-patient programme, requiring participants to live in the community for between eight and 18 months. The counsellors (like Christopoulos) are all ex-addicts, while the emphasis is on work – the communal hub is a secondhand shop in Engomi where everyone works at transporting, fixing or selling things – and nightly prayer. The point isn’t really religion; it’s imbuing broken lives with purpose (including a higher purpose). After all, what’s behind the rise in substance abuse? Zarouna mentions some of the usual suspects – poverty, broken families, music (like trap music) that promotes drug use, the role of the internet – but also cites people’s disillusionment at the entropy and corruption in today’s society. “Addiction,” says Stylianou, “is always a symptom” – and what it’s symptomatic of, more broadly, is a sense of being rudderless and lacking purpose, especially among the young. Addiction is a complex problem. It’s a social problem. It’s also a long-term problem. It’s defined as “a chronic relapsing disorder,” notes Zarouna, who’s reluctant (like all the experts we talked to) to put a number on the success of these programmes. More than half, maybe 70 per cent of participants will be helped, she believes – but it all depends on how you define success. Some may quit altogether. Others may reduce their dependence, or find techniques to deal with it better. And many will later relapse, that goes without saying. “Drug addiction isn’t like an illness, where you take some medicine and it goes away,” says Stylianou. “It’s a permanent condition. “For example, I’m an ex-smoker. My addiction – my dependent relationship with tobacco – remains, even though I haven’t smoked in 15 years.” You escape, yet the grip never slackens. [TYPE] => HTML ) [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Текст новости (en) [~DEFAULT_VALUE] => ) [FORUM_MESSAGE_CNT] => Array ( [ID] => 2 [TIMESTAMP_X] => 2015-04-24 10:27:06 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Количество комментариев к элементу [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => FORUM_MESSAGE_CNT [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 63 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Количество комментариев к элементу [~DEFAULT_VALUE] => ) [FORUM_TOPIC_ID] => Array ( [ID] => 3 [TIMESTAMP_X] => 2015-04-24 10:27:06 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Тема форума для комментариев [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => FORUM_TOPIC_ID [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 62 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Тема форума для комментариев [~DEFAULT_VALUE] => ) [MORE_PHOTO] => Array ( [ID] => 4 [TIMESTAMP_X] => 2015-04-24 10:27:06 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Изображения [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => MORE_PHOTO [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => F [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 58 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Изображения [~DEFAULT_VALUE] => ) [PARTMAIN] => Array ( [ID] => 5 [TIMESTAMP_X] => 2015-04-24 10:27:06 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Главная новость раздела [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => PARTMAIN [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => L [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => C [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 56 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [VALUE_ENUM_ID] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Главная новость раздела [~DEFAULT_VALUE] => ) [MAIN] => Array ( [ID] => 6 [TIMESTAMP_X] => 2015-04-24 10:27:06 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Главная новость главной страницы [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => MAIN [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => L [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => C [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 55 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [VALUE_ENUM_ID] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Главная новость главной страницы [~DEFAULT_VALUE] => ) [THEME] => Array ( [ID] => 7 [TIMESTAMP_X] => 2015-04-24 10:27:06 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Тема [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => THEME [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => E [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => Y [XML_ID] => 54 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 1 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => EAutocomplete [USER_TYPE_SETTINGS] => Array ( [VIEW] => A [SHOW_ADD] => Y [MAX_WIDTH] => 250 [MIN_HEIGHT] => 24 [MAX_HEIGHT] => 1000 [BAN_SYM] => ,; [REP_SYM] => [OTHER_REP_SYM] => [IBLOCK_MESS] => Y ) [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => [VALUE] => [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Тема [~DEFAULT_VALUE] => ) [LINK_SOURCE] => Array ( [ID] => 8 [TIMESTAMP_X] => 2015-05-25 16:39:08 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Источник [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => LINK_SOURCE [DEFAULT_VALUE] => russiancyprus [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 53 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 96989 [VALUE] => cyprus-mail.com [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => cyprus-mail.com [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Источник [~DEFAULT_VALUE] => russiancyprus ) [IS_SENT_TO_CHANEL] => Array ( [ID] => 167 [TIMESTAMP_X] => 2020-06-25 17:42:19 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => Is sent to telegram [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => IS_SENT_TO_CHANEL [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 97003 [VALUE] => 1 [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => 1 [~DESCRIPTION] => [~NAME] => Is sent to telegram [~DEFAULT_VALUE] => ) [YANDEX_TASK_ID_THEME] => Array ( [ID] => 285 [TIMESTAMP_X] => 2025-01-20 21:25:08 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => YANDEX TASK ID FOR THEME [ACTIVE] => Y [SORT] => 900 [CODE] => YANDEX_TASK_ID_THEME [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 96994 [VALUE] => d7q5mj7h120sem9q4d7g [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => d7q5mj7h120sem9q4d7g [~DESCRIPTION] => [~NAME] => YANDEX TASK ID FOR THEME [~DEFAULT_VALUE] => ) [YANDEX_TASK_ID] => Array ( [ID] => 284 [TIMESTAMP_X] => 2025-01-20 20:37:32 [IBLOCK_ID] => 2 [NAME] => YANDEX TASK ID [ACTIVE] => Y [SORT] => 1000 [CODE] => YANDEX_TASK_ID [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 1 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [PROPERTY_VALUE_ID] => 96995 [VALUE] => d7qrvef5ioh0c1aa5i5s [DESCRIPTION] => [VALUE_ENUM] => [VALUE_XML_ID] => [VALUE_SORT] => [~VALUE] => d7qrvef5ioh0c1aa5i5s [~DESCRIPTION] => [~NAME] => YANDEX TASK ID [~DEFAULT_VALUE] => ) ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( ) [IBLOCK] => Array ( [ID] => 2 [~ID] => 2 [TIMESTAMP_X] => 20.01.2025 22:57:06 [~TIMESTAMP_X] => 20.01.2025 22:57:06 [IBLOCK_TYPE_ID] => news [~IBLOCK_TYPE_ID] => news [LID] => s1 [~LID] => s1 [CODE] => infoportal_news_s1 [~CODE] => infoportal_news_s1 [NAME] => Новости [~NAME] => Новости [ACTIVE] => Y [~ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [LIST_PAGE_URL] => /news/ [~LIST_PAGE_URL] => /news/ [DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#SECTION_CODE#/#CODE#/ [~DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#SECTION_CODE#/#CODE#/ [SECTION_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#CODE#/ [~SECTION_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#CODE#/ [PICTURE] => [~PICTURE] => [DESCRIPTION] => [~DESCRIPTION] => [DESCRIPTION_TYPE] => text [~DESCRIPTION_TYPE] => text [RSS_TTL] => 24 [~RSS_TTL] => 24 [RSS_ACTIVE] => Y [~RSS_ACTIVE] => Y [RSS_FILE_ACTIVE] => N [~RSS_FILE_ACTIVE] => N [RSS_FILE_LIMIT] => 0 [~RSS_FILE_LIMIT] => 0 [RSS_FILE_DAYS] => 0 [~RSS_FILE_DAYS] => 0 [RSS_YANDEX_ACTIVE] => N [~RSS_YANDEX_ACTIVE] => N [XML_ID] => infoportal_news_s1 [~XML_ID] => infoportal_news_s1 [TMP_ID] => adf9113ce97738184efe133d53e3d656 [~TMP_ID] => adf9113ce97738184efe133d53e3d656 [INDEX_ELEMENT] => Y [~INDEX_ELEMENT] => Y [INDEX_SECTION] => N [~INDEX_SECTION] => N [WORKFLOW] => N [~WORKFLOW] => N [BIZPROC] => N [~BIZPROC] => N [SECTION_CHOOSER] => L [~SECTION_CHOOSER] => L [LIST_MODE] => [~LIST_MODE] => [RIGHTS_MODE] => S [~RIGHTS_MODE] => S [SECTION_PROPERTY] => [~SECTION_PROPERTY] => [PROPERTY_INDEX] => [~PROPERTY_INDEX] => [VERSION] => 1 [~VERSION] => 1 [LAST_CONV_ELEMENT] => 0 [~LAST_CONV_ELEMENT] => 0 [SOCNET_GROUP_ID] => [~SOCNET_GROUP_ID] => [EDIT_FILE_BEFORE] => [~EDIT_FILE_BEFORE] => [EDIT_FILE_AFTER] => [~EDIT_FILE_AFTER] => [SECTIONS_NAME] => Разделы [~SECTIONS_NAME] => Разделы [SECTION_NAME] => Раздел [~SECTION_NAME] => Раздел [ELEMENTS_NAME] => Новости [~ELEMENTS_NAME] => Новости [ELEMENT_NAME] => Новость [~ELEMENT_NAME] => Новость [EXTERNAL_ID] => infoportal_news_s1 [~EXTERNAL_ID] => infoportal_news_s1 [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [SERVER_NAME] => russiancyprus.news [~SERVER_NAME] => russiancyprus.news ) [SECTION] => Array ( [PATH] => Array ( [0] => Array ( [ID] => 2 [~ID] => 2 [TIMESTAMP_X] => 2025-01-20 22:54:27 [~TIMESTAMP_X] => 2025-01-20 22:54:27 [MODIFIED_BY] => 1 [~MODIFIED_BY] => 1 [DATE_CREATE] => 2015-04-24 10:15:32 [~DATE_CREATE] => 2015-04-24 10:15:32 [CREATED_BY] => 1 [~CREATED_BY] => 1 [IBLOCK_ID] => 2 [~IBLOCK_ID] => 2 [IBLOCK_SECTION_ID] => [~IBLOCK_SECTION_ID] => [ACTIVE] => Y [~ACTIVE] => Y [GLOBAL_ACTIVE] => Y [~GLOBAL_ACTIVE] => Y [SORT] => 5 [~SORT] => 5 [NAME] => Общество и политика [~NAME] => Общество и политика [PICTURE] => [~PICTURE] => [LEFT_MARGIN] => 1 [~LEFT_MARGIN] => 1 [RIGHT_MARGIN] => 2 [~RIGHT_MARGIN] => 2 [DEPTH_LEVEL] => 1 [~DEPTH_LEVEL] => 1 [DESCRIPTION] => [~DESCRIPTION] => [DESCRIPTION_TYPE] => text [~DESCRIPTION_TYPE] => text [SEARCHABLE_CONTENT] => Общество и политика [~SEARCHABLE_CONTENT] => Общество и политика [CODE] => society [~CODE] => society [XML_ID] => 111 [~XML_ID] => 111 [TMP_ID] => [~TMP_ID] => [DETAIL_PICTURE] => [~DETAIL_PICTURE] => [SOCNET_GROUP_ID] => [~SOCNET_GROUP_ID] => [LIST_PAGE_URL] => /news/ [~LIST_PAGE_URL] => /news/ [SECTION_PAGE_URL] => /news/society/ [~SECTION_PAGE_URL] => /news/society/ [IBLOCK_TYPE_ID] => news [~IBLOCK_TYPE_ID] => news [IBLOCK_CODE] => infoportal_news_s1 [~IBLOCK_CODE] => infoportal_news_s1 [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => infoportal_news_s1 [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => infoportal_news_s1 [EXTERNAL_ID] => 111 [~EXTERNAL_ID] => 111 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) ) ) ) [SECTION_URL] => /news/society/ [ITEMS_THEME] => Array ( ) )